Открой для себя Америку. Индивидуальные туры по Латинской Америке
Латинская Америка Мексика Центральная Америка Южная Америка О секс-туризме
Полезная информация Обо мне Вопросы и Ответы О ценах Карта сайта

Франсиско Писарро и Диего Альмагро

Назад

О  Франсиско Писарро, все знают  в  общих чертах, кто и за что его убил – знают немногие, а кто такой Диего Альмагро – знают вообще единицы. Хотя эти двое, неразрывно связаны.  До поры до времени, они были друзьями-товарищами  и смерть одного из них (Альмагро) – стала причиной смерти второго (Писарро)
Итак, история Конкисты Перу и двух друзей и врагов - Франсиско и Диего.

Франсиско Писарро

Франсиско Писарро

Франсиско Писарро Гонсалес,  родился в городе Трухильо, в Эстремадуре. Точная дата его рождения неизвестна, в качестве вариантов называют 1471, 1475, 1476 и 1478 годы. Традиционно днем рождения конкистадора считается 16 марта. Сведений о ранних годах жизни также немного. Писарро не знал грамоты, из чего можно сделать вывод, что его воспитанием и обучением никто особенно не занимался, поскольку юность свою он провёл среди крестьян. Имел прозвище «El Ropero» — «сын кастелянши», поскольку его мать имела прозвище «la Ropera» — «Кастелянша».

Его отец, Гонсалес Писарро, имевший прозвища «Длинный», «Косой», «Римлянин», был капитаном терций в Италии. Отец никогда не признавал Франсиско своим сыном, даже незаконнорожденным. После рождения Франсиско,  его отец женился на своей кузине Франсиске де Варгас, от которой имел много детей. После смерти Франсиски, он имел «многочисленных внебрачных детей» от служанок Марии Алонсо (María Alonso) и Марии Бьедма (María Biedma). Отец умер в 1522 году, во время войны в Наварре. В своём завещании, составленном в  Памплоне, 14 сентября 1522 года, он признал всех своих детей, как законных, так и внебрачных; всех, кроме одного — будущего маркиза дона Франсиско Писарро, не упомянув его в документе.
Его мать,  Франсиска Гонсалес  Матеос,  после смерти своего отца,  Хуана Матеоса,  поступила  как сирота, служанкой в монастырь Фрейлас де ла Пуэрта де Кориа (el Monasterio de las Freilas de la Puerta de Coria), там она была совращена Гонсало Писарро, и от него забеременела, из-за чего её выгнали из монастыря и она вынуждена была жить в доме своей матери, и позже выйти замуж второй раз за Хуана Каско. В его доме и был рождён Франсиско Писарро.

Юношей Франсиско отправился солдатом в Италию, где сражался в рядах Великого Капитана Гонсало Фернандеса де Кордоба и Агилар (Gonzalo Fernández de Córdoba y Aguilar, el Gran Capitán). Уволенный из войска, он вернулся в Эстрамадуру, чтобы сразу же завербоваться в свиту, отправлявшуюся в Индии его земляком монахом Николасом де Овандо (Nicolás de Ovando).

Диего Альмагро

Диего Альмагро

О Диего де Альмагро, известно еще меньше,  если Писарро был незаконным сыном идальго, то Диего — просто подкидышем. Существует легенда, что в 1475 году, его нашли младенцем в деревне Альмагро, от которой он и получил свое имя.  Диего,  вырос среди солдат, еще совсем молодым отправился в Америку и ради золота готов был пойти на самые рискованные предприятия.

В 1513 году, Франсиско Писарро принял участие в военной экспедиции Васко де Бальбоа в Панаму, в ходе которой испанцы открыли для себя Тихий океан. С 1519 по 1523 годы, он жил в Панаме как колонист, был избран магистратом и успел сколотить небольшое состояние.
В те времена, испанцы, пытавшиеся проникнуть вглубь материка, сталкивались с огромными трудностями. Высокие горы, непроходимые болота, густые тропические леса создавали для завоевателей серьезные препятствия, к которым прибавлялось еще упорное сопротивление воинственных туземцев. Вследствие этого продвижение испанцев к югу на некоторое время приостановилось.
Заинтересовавшись слухами о неизвестной еще европейцам индейской цивилизации и ее неисчислимых богатствах, предприимчивый Писарро начинает действовать. Однако, не располагая  достаточными средствами, он заключил союз с двумя другими авантюристами, которые согласились снарядить экспедицию на свои деньги. Одного из них звали Диего де Альмагро,  другого — Эрнандо де Луке.

 

Самому молодому из этих авантюристов на тот момент было пятьдесят лет. Испанский историк Гарсиласо де ла Бега рассказывает, что, когда в Панаме узнали о проекте Писарро, он и его компаньоны сделались предметом всеобщих насмешек. Особенно потешались над Эрнандо де Луке (больше всего вложившем денег), которого стали называть Эрнандо Безумный.
Участники предприятия быстро договорились между собой и разделили обязанности. Луке согласился предоставить большую часть денежных средств для снаряжения кораблей и выплаты жалованья солдатам.  Альмагро, поставив на карту все свои сбережения,  и  руководил подготовкой экспедиции.  Писарро, обладавший небольшой суммой, и  владевший только шпагой, взял на себя непосредственное руководство открытиями  и завоеваниями.
Четвертым, неофициальным компаньоном стал Панамский наместник Педро Ариас  д'Авила, которому была обещана четвертая доля будущей добычи,  за одно лишь обещание не чинить препятствий инициаторам экспедиции.
С трудом снарядив один корабль, в ноябре 1524 года,  Франсиско Писарро вышел из Панамского порта на поиски "Золотого царства".
Вскоре Диего де Альмагро, снарядив второй корабль, вышел из Панамы с семьюдесятью испанцами по следам своего компаньона, оставлявшего по пути условные знаки. Не застав его в Пуэрто де ла Амбре, Альмагро двинулся дальше и достиг устья реки Сан Хуан. Каждая высадка испанцев на берег сопровождалась ожесточенными стычками с индейцами. В одном сражении,  Альмагро лишился глаза. Разгромив и предав огню несколько селений, он решил повернуть обратно и плывя вдоль берега, достиг Чикамы, где и нашел Франсиско Писарро с остатками его отряда.
Соединив свои силы, оба конкистадора стали обдумывать план новой экспедиции в Перу. Людей у них было мало, припасы иссякли, средства истощились.  Конкистадорам не оставалось ничего другого, как вернуться в Панаму и просить о содействии жадного и упрямого д'Авилу. Встретив с его стороны решительный отказ, Писарро и Альмагро снова прибегли к помощи священника Луке.  Ему  удалось заинтересовать богатых купцов и чиновников и добыть необходимые средства. И тогда три компаньона заключили договор, согласно которому каждому причиталась третья часть будущей добычи, причем ни один из них не имел понятия не только о величине и могуществе, но даже о местоположении "Золотого царства", которое они собирались завоевать.

Под договором смог подписаться один только Эрнандо де Луке, Писарро же и Альмагро вывели вместо подписи кресты, а рядом с крестами проставили за неграмотных их имена, два панамских жителя. Заключив этот договор,  Писарро и Альмагро не без труда набрали отряд из ста шестидесяти человек  и закупив все необходимое, отправились на двух кораблях во второе плавание. Конкистадоры достигли без помех устья реки Сан Хуан и поплыли вверх по течению. Они разорили несколько туземных деревень и захватили богатую добычу.
Однако индейцы здесь были более цивилизованными, чем в других, уже завоеванных испанцами областях. С малыми силами, нечего было и думать о покорении этой густонаселенной страны.  Необходимо было получить подкрепление. Эта задача была возложена на Альмагро, который тотчас же отправился обратно в Панаму с захваченным у индейцев золотом, чтобы заняться вербовкой добровольцев.  Другой корабль,  Писарро отправил под командой опытного кормчего Бартоломе Руиса к югу, на разведку, а сам остался со своим отрядом в захваченной индейской деревне с намерением исследовать близлежащие местности.

Бартоломе Руис успешно выполнил свою задачу, избегая столкновений с индейцами, он продвинулся далеко на юг, почти до экватора. Перед изумленными испанцами открывалась цветущая земля, хорошо возделанные поля, богатые селения.
Тем временем Альмагро навербовал в Панаме еще восемьдесят добровольцев из числа вновь прибывших испанских колонистов и также присоединился с ними к Писарро. Экспедиция, теперь уже в полном составе, двинулась дальше на юг, вдоль узкой береговой полосы, окаймляющей горную цепь. Вскоре экспедиция достигла границы страны перуанских индейцев — инков. Однако начать завоевание этого обширного государства с такими ничтожными силами Писарро все еще не решался, так как несколько столкновений с перуанцами кончились не в его пользу. Выбрав для стоянки небольшой остров Гальо, он остался на месте со своим отрядом, еще раз отправив Альмагро в Панаму за подкреплением.
Однако новый наместник, присланный в "Золотую Кастилию" после смерти д'Авилы, запретил Альмагро вербовать добровольцев для этого "безрассудного предприятия" и отправлять их "на верную погибель".
Он не только не помог Альмагро, но направил к острову Гальо корабль за Писарро и его спутниками. Такой исход предприятия отнюдь не радовал Альмагро и Луке. Они уже вложили все свое имущество в это предприятие и понабирали кредитов, поэтому не намерены были отказываться от своих надежд, особенно после того, как Бартоломе Руису удалось захватить нескольких перуанцев. О богатстве этой страны можно было судить по их золотым и серебряным украшениям.
Оба компаньона поспешили послать своего доверенного к Писарро, который убедил его настаивать на продолжении экспедиции и отказаться от повиновения наместнику. Писарро, разумеется, внял этим советам. Но напрасно он расточал соблазнительные обещания своим измученным, изголодавшимся спутникам. Когда прибыл корабль, посланный наместником, все они, за исключением двенадцати человек!!!! покинули конкистадора.

Согласно легенде, Писарро тогда провел мечом линию на песке и предложил всем участникам экспедиции, кто желает и дальше искать богатства и славы, переступить эту черту и следовать за ним в неизведанные земли.
Оставшись с двенадцатью товарищами, Писарро поселился вдали от берега на необитаемом острове, названном им Горгоной (ныне Колумбия). Испанцы провели там семь долгих месяцев, терпеливо дожидаясь обещанной помощи от Альмагро и Луке.
Наконец, под влиянием настойчивых просьб Альмагро и требований испанских колонистов оказать помощь людям, все преступление которых состояло в упорном преследовании поставленной цели, наместник согласился отправить на остров Горгону небольшое судно с приказом привезти в Панаму Писарро и его спутников. Чтобы Писарро не использовал в своих интересах это судно, на его борту не было ни одного солдата и никакого военного снаряжения.
Когда корабль прибыл на Горгону и капитан огласил приказ наместника, все тринадцать авантюристов, забыв о своих лишениях, стали уговаривать приехавших за ними матросов отправиться к берегам Перу за богатой добычей. Уговоры подействовали. Корабль направился в южном направлении вдоль берега нынешнего Эквадора, пересек залив Гуаякиль и достиг перуанского города Тумбеса. Конкистадоры открыли страну инков, полную золота и серебра.  Но они не могли покорить могущественную страну своим маленьким отрядом, поэтому вынуждены были вернуться.  После восемнадцатимесячного плавания авантюристы прибыли в Панаму, где их считали давно погибшими.

Прошло более трех лет с тех пор, как Писарро предпринял первую попытку проникнуть в Перу. Неудачные экспедиции вконец разорили его компаньонов Альмагро и Луке. И тогда, в 1528 году, Писарро отправился в Испанию на аудиенцию к королю Карлу V.
После долгих хлопот и рассказывания сказок (которые потом воплотились в жизнь),  он получил от него в качестве поощрения за свои труды звание наместника, военачальника, должность главного судьи, дворянский герб и пожизненную пенсию. Писарро, выговорил также награды и титулы для обоих своих компаньонов и для всех остальных участников экспедиции.
Наконец  в начале 1530 года, Писарро вернулся в Панаму, где сразу же столкнулся с новыми неожиданными осложнениями и трудностями. Диего де Альмагро видел в нем теперь не союзника, а соперника. Если Эрнандо де Луке королевским указом назначался епископом Новой Кастилии, то для Альмагро, честолюбие и способности которого были Писарро хорошо известны, он выхлопотал только дворянское звание, денежную награду — жалкие пятьсот дукатов, и начальство над еще не существовавшей крепостью в Тумбесе. Альмагро, потративший значительно большую сумму на предварительные путешествия чем Писсаро, счел себя обманутым и отказался участвовать в новой экспедиции. Сплотив вокруг себя недовольных и обиженных королевской подачкой, он обвинил Писарро в вероломстве и заявил о своем решении приступить к завоеваниям независимо от него. Это была первая черная кошка,  которая пробежала между бывшими друзьями.
В дальнейшем,  распавшийся было союз конкистадоров, все же удалось восстановить, благодаря посредничеству Луке и красноречию самого Писарро, давшего торжественное обещание уступить своему компаньону должность "аделантадо" — губернатора.
Однако средства Писарро, Альмагро и Луке были так ограничены, что они снарядили только три небольших корабля и навербовали всего лишь сто восемьдесят солдат, правда, среди которых было тридцать шесть всадников. В январе 1531 года,  Писарро в сопровождении четырех сводных братьев, отправился в свое последнее плавание к берегам Перу, в то время как Альмагро остался в Панаме, чтобы подготовить вместе с Луке вспомогательную экспедицию.

Конкиста

Как говорил Дон Хуан (К.Кастанеда) : «хороший охотник тот, кто знает расписание своей жертвы». И Писарро, пока дожидался в прошлый раз подкрепления, многое узнал о стране, которую он хотел завоевать. Столицей Инкского государства был хорошо укрепленный город Куско, расположенный высоко в горах - Андах. Столицу инков защищала крепость в Саксо, которая имела внушительный оборонительный вал высотой 10 метров. Верховный Инка имел огромную армию, насчитывавшую до 200 тысяч человек. За военные успехи инков называли "римлянами Нового Света". Воины много времени уделяли своему физическому совершенству, особенно бегу на длинные дистанции. Однако в вооружении индейское войско, не шло ни в какое сравнение с испанцами. В стране было большое число высокогорных каменных крепостей.
Ко времени появления во владениях инков испанцев, во главе с Франсиско Писарро, там только-только закончилась кровопролитная междоусобная война, которая сильно ослабила страну. В начале столетия верховный вождь Гуаина Капак разделил империю инков на две части между двумя своими сыновьями - Атауальпой и Гуаскаром. Последний, получил большую территорию и потому имел больше воинов. Но его родной брат Атауальпа решил захватить столицу Куско и стать верховным Инкой.
Ему удалось перехитрить Гуаскара и стянуть к Куско воинские отряды верных ему вождей. Сам Атауальпа прибыл к столице под предлогом изъявления покорности в сопровождении сильной охраны. Обман был раскрыт слишком поздно и правитель Куско просто не мог собрать свое войско, был пленен и казнен по приказу брата.

Когда до Атауальпы дошло известие о появлении в его владениях испанцев, творивших зло и сеявших смерть в индейских селениях, он стал собирать многотысячное войско для похода против них. Писарро, узнав о военных приготовлениях верховного Инки, не испугался и сам двинулся навстречу в труднодоступные Анды по горной тропе. Испанцев вели проводники-индейцы, и они уверенно продвигались среди горных теснин к Куско. Отряд, который вел за собой конкистадор, насчитывал всего 110 прекрасно вооруженных пехотинцев и 67 кавалеристов и имел легкие пушки.
На удивление Писарро, индейцы не защищали против него горные тропы и перевалы. 15 ноября 1532 года,  испанцы, преодолев вершины Анд, беспрепятственно вступили в оставленный местными жителями город Кахамарка и укрепились в нем. Перед городом уже стояло в походном лагере огромное войско Атагуальпы.

Франсиско Писарро по примеру Кортеса и многих других испанских завоевателей, действовал на редкость коварно и решительно. Он пригласил к себе на переговоры Атауальпу, прекрасно зная о том, что инки считали своего Верховного вождя полубогом, до которого нельзя было дотронуться даже пальцем. 16 ноября,  Атауальпа в сопровождении всех своих полководцев и касиков (вождей племен), плюс  нескольких тысяч легковооруженных воинов, лишенных защитных доспехов, торжественно прибыл в лагерь конкистадора. В тот день они действительно не боялись испанцев. Они просто привыкли, что переговоры это переговоры.

Писарро, до мелочей рассчитал свои действия. Он вовсе не собирался вести какие-либо переговоры с индейским императором. Посадив гостей за стол, он споил их вином, в которое был подмешан мышьяк. Вот как это описано в хрониках:
Конкистадор Франсиско де Чавес в письме от 5 августа 1533 года, утверждал, что Франсиско Писарро осуществил пленение Атауальпы, споив сначала его и его полководцев вином, отравленным моносульфидом мышьяка, что упростило задачу захвата в плен правителя, а самим испанцам не было оказано существенное сопротивление.
Конкистадор приказал испанцам неожиданно напасть на телохранителей верховного Инки. Кавалерийская атака и стрельба из аркебуз привели к тому, что испанцы быстро перебили охрану Атауальпы, а его самого взяли в плен. Единственным раненым среди испанцев в том бою оказался сам Франсиско Писарро. Весть о захвате в плен полубога - верховного Инки и всего скажем так генералитета, привела индейское войско, стоявшее под Кахамаркой, в  ужас. Лишенное своих вождей и руководства,  оно разбежалось и больше уже никогда не собиралось в таком количестве.
Пленение верховного Инки самым пагубным образом отразилось на судьбе его империи. Недовольные властью инков индейские племена восстали, вновь заявили о себе приверженцы казненного Гуаскара, огромная страна оказалась в объятиях безвластия и анархии. Испанцам это было только на руку.
Франсиско Писарро потребовал от верховного Инки выкуп за свое освобождение из плена. Тот пообещал конкистадору и его солдатам наполнить золотом комнату площадью в 35 квадратных метров на высоту поднятой руки, а несколько меньшую комнату дважды наполнить серебром. Инки полностью внесли выкуп за своего вождя. Однако Писарро, получив баснословные сокровища, не сдержал данного слова и приказал казнить Атауальпу.
Это был второй случай,  безграничной подлости Писарро. Он нарушал все существующие правила и нормы ведения войны и переговоров. По сути, эти два случая характеризуют его как очень подлого и непорядочного человека.
Итак, Писарро успешно завоевывал страну инков. Альмагро с большим трудом снарядил экспедицию. В феврале 1533 года,  он привел в Кахамарку сто пятьдесят пехотинцев и пятьдесят всадников. Но прибыл он слишком поздно, и помощь его была уже не нужна. Тем не менее, по условиям договора, он имел право на третью часть добычи. Но к тому моменту сокровища были поделены (и не так как договаривались), и  Писарро уговорил его взять меньшую долю награбленных богатств. Теплоты в отношениях это не прибавило.
Те подарки от короля, которые он привез, и этот дележ, характеризуют его (Писарро) еще сильнее. Причем если с индейцами можно было бы все списать на то, что мол да какие договоры с дикарями, то с друзьями …

Между тем в Перу устремились толпы авантюристов. На перуанском побережье высадился с крупными силами губернатор Гватемалы Педро де Альварадо. Он надеялся первым дойти до Кито, а уж потом отстаивать права владельца. Узнав об этом десанте, Писарро послал на спорную территорию Диего де Альмагро. Конкистадор отправился в поход с теми незначительными силами, которые были в его распоряжении.
Можно себе представить удивление и беспокойство, охватившие спутников Альварадо, когда вместо ожидаемых индейцев они увидели перед собой отряд испанских солдат под начальством Альмагро! Оба отряда изготовились к бою, но подоспевший в это время на помощь к Альмагро Белалькасар, сообщил ему, что в Кито не оказалось никаких сокровищ. Альмагро понял, что сражаться по сути дела не из-за чего и вступив в переговоры с Альварадо, он заключил с ним сделку. Губернатор Гватемалы согласился за сто тысяч песо отказаться от своих притязаний и уступить Писарро весь свой флот и все военное снаряжение. После этого Альмагро вошел со своим отрядом в Кито и отправил к Писарро гонцов с донесением о новой блистательной победе.

Пока в Перу происходили эти события, Эрнандо Писарро прибыл в Испанию с богатым грузом награбленных сокровищ, которые обеспечили ему при дворе превосходный прием. Эрнандо добился для своего брата Франсиско расширения наместнических прав и привилегий, а также ему был присвоен титул маркиза. Отныне Франсиско Писарро, маркиз де Альтавильяс,  приобщался к придворной знати, а Эрнандо Писарро получил рыцарское звание. Что касается Альмагро, то он был утвержден в должности "аделантадо" — губернатора; его владения простирались на двести испанских миль (больше тысячи километров) без обозначения границ подвластной ему территории, что открывало широкий простор для всевозможных недоразумений и произвольных толкований.
Когда Альмагро узнал, что ему вверено самостоятельное губернаторство, он решил, что Куско находится на его территории и надо завоевать эту страну.  Но его намерению воспротивились Хуан и Гонсало Писарро. Соперники готовы уже были разрешить спор оружием, когда в перуанскую столицу прибыл Франсиско Писарро, "великий маркиз", как его часто называют испанские историки.

Альмагро,  никогда не смог простить своему компаньону ни его лукавства, выказанного в переговорах с Карлом V, ни той развязности, с какой он присвоил себе в ущерб союзникам большую часть добычи и  власти. Но так как намерения Альмагро встретили серьезное сопротивление, а сила была не на его стороне, то он до поры до времени скрыл свое неудовольствие и досаду и притворился, будто очень обрадован примирением.
"Товарищество было восстановлено, — говорит Сарате, — на том условии, что дон Диего де Альмагро отправится открывать новые страны на юге, и если найдет что-нибудь хорошее, то для него будет испрошено наместничество у его величества короля; если же Альмагро ничего не найдет, тогда дон Франсиско разделит с ним свои владения. Договор был заключен в торжественной обстановке, и оба поклялись на святых дарах, что в дальнейшем ни тот, ни другой ничего не будут предпринимать друг против друга".

После того как был заключен этот торжественный договор, выполненный, впрочем, так же, как и первый, Альмагро занялся приготовлениями к походу.  Благодаря щедрости и энергии, ему удалось увлечь за собой пятьсот шестьдесят человек. Среди них были и кавалеристы.  3 июля 1535 года, во главе отряда, состоящего из 500—700 испанцев и 15 тысяч индейцев, он выступил из Куско по направлению к Чили. Пройдя 1000 километров, Альмагро предоставил своим людям двухмесячный отдых. В пограничном районе испанцы перехватили груз золота, которое покоренные южные племена послали инкам. Дележ добычи, конечно, только усилил их жажду золота.
Через пустынное плато экспедиция с боем прошла долину Чикоана, где ей удалось получить лам и кое-какой провиант. Но при переходе через стремительный горный поток, большая часть животных погибла. Это был ощутимый удар для экспедиции.
Особенно тяжело дался переход через Анды. Солдаты гибли от холода, болезней и истощения. Не раз приходилось выдерживать битвы с воинственными племенами, которых еще не коснулась никакая цивилизация. Туземцы нападали на испанцев с такой яростью, что ничего подобного завоеватели не видали ни в Перу, ни в какой-либо другой завоеванной стране. Альмагро дошел до 30 ° южной широты, но ни золота, ни сокровищ в этом краю не оказалось. Тем не менее, он упорно продолжал продвигаться к югу, пока измученные солдаты не отказались наотрез продолжать этот бесполезный поход. В сентябре 1536 года,  Альмагро пришлось повернуть обратно.

Альмагро вернулся в Перу, когда часть страны охватило восстание, поднятое Манко Капаком. Индейцы  осаждали столицу страны Куско, где заперлись с горсткой людей Эрнандо и Гонсало Писарро, третий брат, Хуан, был убит во время вылазки (это возле Олантайтамбо). Осада Куско продолжалась шесть месяцев. Немногочисленный испанский гарнизон был изнурен борьбой с пожарами, который инкские воины производили метанием раскаленных добела камней, обернутых просмоленной ватой.
Манко Капак  ездил на испанской лошади, в стальных рыцарских доспехах, а его воины имели несколько мушкетов. Возможно, что все это было приобретено у жадных на драгоценности испанских солдат за золото. Войско индейцев, не привыкшее вести длительные осады, немного подустало, подупала дисциплина, многие начали отлучаться по домам. Перуанцы были уже близки к тому, чтобы взять город штурмом, когда у стен Куско неожиданно появился со своим отрядом Диего де Альмагро.
На обратном пути в Перу ему пришлось пересечь гористую песчаную пустыню Атакаму, где его солдаты перенесли не меньше страданий от зноя и жажды, чем в Андах от снега и холода. Достигнув перуанской территории, он узнал о восстании, разбил наголову войска Манко и снял осаду с Куско.
Это был неплохой момент. Во-первых, Альмагро был зол из-за неудавшейся экспедиции, а во-вторых, он вспомнил все предыдущие обиды, которые нанес ему раньше Франсиско и … решил сыграть Ва-Банкъ.  Сославшись на то, что этот город неподвластен Писарро,  Альмагро ввел в него своих солдат. Перевес в силах был на его стороне, и братьям Писарро пришлось сложить оружие. 8 апреля 1537 года,  Альмагро взял под арест Эрнандо и Гонсало Писарро и объявил себя законным губернатором перуанской столицы.

В это же самое время значительный отряд перуанцев осаждал новую столицу Перу - Лиму, где и находился Франсиско Писарро. Все свои корабли он отправил за подкреплениями в Панаму и послал гонцов в недавно построенную крепость Трухильо, где во главе большого гарнизона находился Алонсо де Альварадо. Писарро приказал ему немедленно отправиться в Куско на выручку Эрнандо и Гонсало. Приблизившись к городу, Альварадо с удивлением узнал, что осада с Куско снята и он снова находится в руках испанцев. Не успел Альварадо опомниться, как Альмагро устроил засаду и взял в плен весь его отряд.
Теперь силы Альмагро удвоились, так как к нему охотно присоединились почти все солдаты Альварадо. После этого Альмагро оставалось только двинуться на Лиму, чтобы раз и навсегда покончить с Франсиско Писарро и объединить под своей властью оба губернаторства. На это и намекали ему некоторые офицеры, в особенности Оргоньос, побуждавший его немедленно уничтожить обоих братьев Писарро, а затем ополчиться на бывшего компаньона и союзника. Но кого Юпитер захочет погубить, — сказал римский поэт, — у того он отнимет разум.
Альмагро, который во всех других случаях никогда не чувствовал угрызений совести, на этот раз проявил нерешительность, а вернее всего, испугался далеко идущих последствий своего бунта против "великого маркиза". Так или иначе, вместо того чтобы выступить в поход, он остался в Куско.

Если взглянуть на это дело с точки зрения интересов Альмагро, то следует признать, что он совершил роковую ошибку, о которой ему пришлось вскоре горько раскаяться. Но если принять во внимание интересы испанской короны, то начатый им раздор и междоусобная война, затеянная на глазах у неприятеля, уже сами по себе составляли тяжкое преступление. Все-таки, Франсиско ездил в Испанию и лично общался с королем.  И Альмагро это настолько хорошо понимал, что решил ради собственной безопасности занять выжидательную позицию, которая оказалась ошибочной.
Между тем положение Писарро было не из легких. Ему оставалось только надеяться на время и случай. Силы его были скованы, так как подкрепления из Панамы заставляли себя ждать.
Альмагро, упустив благоприятную возможность, завел с противником новые переговоры, продолжавшиеся несколько месяцев. Тем временем Гонсало Писарро и Альварадо удалось подкупить стражу и бежать. Уже столько раз обманутый Альмагро согласился все же принять приверженца Писарро — Эспиносу, старавшегося убедить его, что ссора между двумя противниками не только пагубна для всей страны, но, без сомнения, вызовет гнев короля и смещение их обоих с постов. Однако доводы Эспиносы не подействовали на Альмагро. Он хотел, чтобы Писарро по меньшей мере разделил с ним свою власть.

Наконец, соперники согласились обратиться к третейскому суду. В роли судьи выступил монах Бовадилья. Он потребовал прежде всего немедленного освобождения Эрнандо Писарро, передачи Куско в распоряжение маркиза и посылки в Испанию нескольких офицеров от обеих сторон с полномочиями добиться у короля окончательного решения о разграничении прав обоих соискателей.

Диего де Альмагро

 

Но едва только последний из его братьев получил свободу, как Писарро, отбросил всякую мысль о мире или перемирии, и показал свое настоящее лицо. Он  объявил, что только оружие решит, кто из них — он или Альмагро,  будет хозяином в Перу. В короткое время он собрал семьсот человек, начальство над которыми поручил двум своим братьям. Прямым путем можно было попасть в Куско только через горы. Чтобы облегчить себе переход, они отправились по берегу моря к отрогам Анд, откуда дорога вела прямо к столице.
Альмагро следовало бы защищать горные проходы, но под его началом было только пятьсот человек, и главные надежды он возлагал на кавалерию, которая не могла бы действовать в узких ущельях. Поэтому ему пришлось дожидаться неприятеля в долине Куско.
26 апреля 1538 года, произошла решающая битва. Оба отряда сражались с одинаковым ожесточением, но победа была одержана во многом благодаря тому, что солдаты Писарро получили на вооружение новые мушкеты, которые стреляли несколькими сцепленными одна к одной пулями.
В этом сражении, известном под названием "битва при Лас Салинасе", пали с той и другой стороны сто сорок испанцев. Оргоньос и несколько приближенных офицеров Альмагро были убиты уже после сражения. Братья Писарро снова вошли в Куско и тотчас же захватили престарелого, больного Альмагро.

В ту эпоху победа, не сопровождавшаяся грабежом, не считалась полной. И город Куско был предан разграблению. Но его богатств оказалось недостаточно, чтобы насытить алчность офицеров и солдат Писарро. Все они были такого высокого мнения о своих достоинствах и заслугах, что каждый требовал для себя большей доли. Эрнандо Писарро, разделив между своими людьми часть добычи, отправил их вместе с присоединившимися солдатами Альмагро завоевывать новые земли. После этого он решил разделаться со старым другом Диего. Побежденный соперник "великого маркиза" был предан суду и приговорен к смертной казни. Узнав о решении суда, Альмагро стал ссылаться на свой преклонный возраст, вспоминать старые походы  и укорять победителей в несправедливости. Но вскоре к нему вернулось его обычное хладнокровие, и он стал ожидать смерти с мужеством солдата.

8 июля 1538 года, боясь бунта и не желая из-за этого публичной казни  Альмагро, пользующегося любовью солдат, его задушили в тюрьме, и только  затем публично обезглавили его труп. Так закончил свою жизнь один из трех некогда друзей, которые поклялись друг другу в верности и втроем совершили завоевание Империи Инков.
Диего погиб, но и у него остался сын и много друзей. Приверженцы казненного Альмагро, пылая жаждой мести, сплотились вокруг его сына и решили отомстить  Франсиско Писарро. О недовольных и их заговоре, стало известно друзьям Франсиско, но напрасно они старались предостеречь «великого маркиза». Он к тому моменту уже словил манию величия, и был так упоен своей властью и могуществом, что не желал считаться ни с какими советами. "Пока меч правосудия находится в моих руках, — говорил он, — никто не осмелится посягнуть на мою жизнь".

Воскресным утром, 26 июня 1541 года,  Писарро принимал в своем дворце, в Лиме  гостей, когда в дом ворвалось 20 человек с мечами, копьями, кинжалами и мушкетами. Гости разбежались, некоторые выпрыгивали прямо из окон. Писарро, защищался в спальне мечом и кинжалом. Он дрался отчаянно, зарубил одного из нападавших, но силы были неравны, и вскоре он упал замертво от множества нанесенных ран. Так закончилась жизнь второго героя этого повествования, который пережил своего друга-соперника всего лишь на три года.

могила Франсиско Писарро

 

Вверх На уровень выше Карта сайта На главную Назад