Открой для себя Америку. Индивидуальные туры по Латинской Америке
Латинская Америка Мексика Центральная Америка Южная Америка О секс-туризме
Полезная информация Обо мне Вопросы и Ответы О ценах Карта сайта

История колумбийской герильи

Назад

Партизанская война в Колумбии, является старейшей и крупнейшей на континенте. 20-е годы прошлого века, в Колумбии, были годами жестоких репрессий, направленных против профсоюзного движения и индейских племен. В 1928 году, транснациональная банановая корпорация «Юнайтед Фрут» учинила жестокую резню сотен забастовщиков, ожидавших возвращения делегации с переговоров (подробнее об этом смотрите роман Габриэля Гарсиа Маркеса «Сто лет одиночества» – эпизод забастовки работников банановых плантаций).

В 40-е годы, лидером партии либералов в Колумбии стал Хорхе Гаитано (исп. Jorje Gaitano) - супероратор, человек демократических и социалистических взглядов, он уверенно шел к победе на президентских выборах. Для нескольких богатейших олигархических кланов, правивших страной со времен независимости (1819 год), предложенные Гаитано реформы, представляли серьезную угрозу. Поэтому на выборах 1948 года, его противники добились "грязной победы" — они застрелили товарища Гаитано. В стране началось народное восстание, вошедшее в историю как "bogotazo".

За этим убийством,  последовала так называемая «Виоленсия» (исп. Violencia - 1948–53 годы) - гражданская война, стоившая жизни по меньшей мере 200 тысячам человек. Население вырезалось под предлогом, что это конфликт между консерваторами и либералами, хотя в действительности это была война между землевладельцами и сельским населением. Но все-таки «Violencia» стала поворотным моментом в истории Колумбии, именно в то время, в самых разных регионах страны, крестьяне начали образовывать независимые группы, дабы защитить себя от террора богачей. Так и появились первые зародыши современной колумбийской герильи. И хотя лидеры либералов и консерваторов в 1950-х годах, нашли общий язык и даже создали «Национальный фронт» (исп. Frente Nacional) (обе партии просто-напросто начали сменять друг друга в президентском дворце и в правительстве каждые четыре года), некоторые вооруженные крестьянские группы так и не сложили оружие.

К началу 60-х годов, относится возникновение широкого массового движения против олигархии, которое получило название «Объединенный фронт народа» (исп. Frente Unido del Pueblo, FUP), а возглавил его революционный священник Камило Торрес. Десятки тысяч рабочих, обитателей трущоб, крестьян и студентов слились в едином порыве против социальной несправедливости и антидемократического двухпартийного режима.

Вскоре независимые крестьянские республики, как впрочем  и FUP, стали мишенями для репрессий олигархии. В 1964 году, армия уничтожила крестьянскую республику Маркеталия. Камило Торрес, лидер FUP, из-за угроз реакционеров расправиться с ним, был вынужден скрываться. Уйдя в сельву к партизанам, Торрес служил рядовым членом ELN, а также оказывал партизанам духовную помощь и вдохновлял их со своих марксиско-христианских позиций. Он был убит в своем первом же бою, при нападении на военный патруль. Его наиболее известная фраза: «Если бы Иисус жил сегодня, то Он был бы партизаном». Уругвайский песенник Даниель Вильетти, в 1967 году,  написал песню о Камило Торресе, популяризованную чилийским певцом Виктором Хара.

А первые две «современные» партизанские организации,  возникли в Колумбии в 1964 году, в качестве непосредственного ответа на резню в Маркеталии. Начавшаяся гражданская война между консерваторами и либералами, которая как фон присутствует во всех произведениях Гарсиа Маркеса, хорошо передает психологию воюющих сторон. Так, например, полковник (которому никто не пишет) был одним из демобилизовавшихся герильерос того времени. Таким же герильерос, только не собиравшимся демобелизовываться, был Мануэль Маруландо Велес, ушедший в горы после убийства Гаитано. Со временем он осел в департаменте Толима, основав "независимую республику", состоявшую из нескольких крестьянских деревень (исп. pueblos).

Естественно, что эти бедные крестьяне, которые считали, что Иисус Христос был «гринго» и жил где-то рядом с Боготой, вовсе не подозревали о существовании Карла Маркса и об идеологических баталиях в мировом масштабе. Однако после кубинской революции, в Вашингтоне очень боялись, что вся Латинская Америка покраснеет, и соответственно выделяли неплохие деньги на борьбу с "заразой". Вот кто-то из колумбийских чиновников и нашел способ, как "развести" старшего брата на финансовую помощь. "Независимые республики" были представлены как орды коммунистов, которые только и ждут тайного сигнала "Гаванского радио". В район были стянуты войска, и 27 мая 1964 года, армия начала операцию, целью которой было раз и навсегда покончить с "коммунистической вольницей".

Крестьяне сразу и не поняли, что военные собираются воевать с ними, а когда поняли, то сразу же решили идти сдаваться. Однако вся штука была в том, что и у военных во всей этой афере с ликвидацией коммунистов была своя игра — все хотели отличиться и продвинуться. А как известно, за сдавшихся крестьян награды не получишь, да и девать их в общем-то было некуда. Поэтому армейское руководство решило бороться с "восставшими красными отморозками" до победного конца, то есть решили в плен брать как можно меньше народу, чтобы никто не догадался, против кого был направлен удар. В результате этой "войны", благодаря быстроте ног, выжили лишь несколько десятков крестьян во главе с Мануэлем Велесом. Так 27 мая, стал днем спасения, и попутно, днем рождения FARC - Революционные вооруженные силы Колумбии – Народная армия (исп. FARC - EP). 

ФАРК основана в 1966 году, под водительством Мануэля Маруланда Велеса («Тирофихо» – «Снайпер»)  и Луиса Морантеса (Якобо Аренас). Сами они возводят генеалогию к “воспользовавшейся правом на самооборону” группе из 48 крестьян (2 женщины и 46 мужиков), возглавил которую “Якобо Аренас”. Она, объявила себя мобильным партизанским отрядом, который 27 мая 1964 года, приняв первый бой с правительственными войсками в районе под названием Маркеталия, департамент Толима, где был создан “освобожденный район”. Позже, к ним присоединился Рауль Рейес.

В то же самое время, появилась еще одна партизанская группа, вдохновлявшаяся опытом кубинской революции и хорошо укоренившаяся в рядах крестьянского сопротивления в Сантандере. Эта организация стала называться Армией Национального Освобождения (исп. ELN) и полагаться на стратегию Че Гевары, приобретя огромную поддержку после того, как в ее ряды вступил Камило Торрес (революционный священник погиб смертью храбрых, 15 февраля 1966 года). Первый лагерь группы, был в соответствии с теорией “фоко” (революционного очага), в Сан Висенте де Чучури, в департаменте Сантандер, где в 20-е и 40-е годы, имели место восстания с большим участием коммунистов, а в 60-е, сильны были позиции левых в студенчестве и профсоюзах, которые могли оказывать реальное давление на главный колумбийский порт по перевозке нефти.

На первых порах численность ЕЛН была 30 человек. Группа основана и черпала пополнение на первых порах из студенчества, и вобрала многих детей участников прежних восстаний. В движении помимо кубинского вдохновения, выраженного особенно сильно в классическом кубинском лозунге “свобода или смерть!”, выбранном слоганом движения, отмечают еще также и влияние католицизма и “освободительной теологии”, и клирики сделали многое для усиления работы с массами. С середины 60-х, группа занималась захватом городков, грабежами банков, освобождением заключенных и похожими штуками, главным образом в департаменте Сантандер.

Понеся большие потери и будучи объявлена военными разгромленной в 1973 году, группа снова вышла на подмостки в 1975-76 годах. И руководство ее, и политические взгляды, существенно изменились. Кастаньо уехал на Кубу, и во главе ЕЛН теперь стояли испанский святой отец Мануэль Перес Мартинес “Эль Кура Перес” и Николас “Габино” Родригес Батиста, взявшие курс на христианско-социалистическое разрешение ситуации в Колумбии, начав с похищений и отстрелов одиозных силовиков, в т.ч. генерального инспектора армии. Зона действий группы, расширялась параллельно расширению нефтедобычи, и увеличились доходы от налогообложения нефтяников. ЕЛН, отказалась подписать соглашение 1984 года - единственная из всех повстанческих групп. К середине 90-х, в ее рядах было около 500 человек.

В 1967 году, после раскола коммунистических партий на «просоветские» и «прокитайские», родилась третья партизанская организация - маоистская Армия народного освобождения (исп. EPL). Новая организация вскоре приобрела заметное влияние, особенно в северных провинциях страны.

Для понимания всей картины конфликта в Колумбии, очень важен тот факт, что все три партизанские группы присутствовали главным образом в сельских районах. Часто можно услышать утверждения, что те корни, которыми партизаны обзавелись в деревнях, помешали им закрепиться в городах и приобрести там хоть какое-то влияние. Конечно, эта критика в определенной степени оправдана, но при этом не надо забывать, насколько сложным и опасным делом, была в то время подпольная работа в городах, ведь репрессии здесь были гораздо более жестокими, чем на селе.

В 70-е годы, возникли пара новых партизанских организаций, во многом сильно отличавшиеся от уже упоминавшихся и по программным принципам, и по тактике. Наиболее важным и заметным из партизанских формирований нового образца, являлось «Движение 19 Апреля» (исп. М-19), которое быстро добилось международной известности благодаря своим показательным акциям (например, захвату посольства Доминиканской республики в Боготе, в 1980 году) и своему влиянию в больших городах.

М-19, создана в 1974 году, а название ее – дата поражения экс-диктатора Рохаса на выборах 1970 года (19 апреля), что стало результатом подтасовок. Выпадает из общего ряда повстанческих групп, поскольку немарксистская. Основными лидерами М-19, стали Карлос Толедо Плата (бывший доктор и конгрессмен), и Хайме Батеман Кайин. Первый отвечал за политическую идеологию, второй за военные операции. Оба они погибли в 1980-х, один от рук МАС, второй в подозрительной авиакатастрофе. Их сменил Карлос Писарро Леонгомес. Стоит группа за обобщенно левую идеологию, помощь бедным и реформы, а проповедовала смесь популизма и националистического революционного социализма. Несмотря на отсутствие зарубежного патрона, М-19 заручалась на время поддержкой Кубы и Никарагуа.

Она начинала с грабежей банков, с 1977 года,проводила крупную кампанию по саботажу, а привлекла внимание общественности кражей шпор и шпаги Боливара с выставки на его бывшей вилле, чем желала показать недостойность нынешней власти боливаровского наследия. В июне 1984 года, группа заключила перемирие с правительством (в Коринто), которое прервала, провозгласив причиной нарушения условий со стороны правительства, в следующем году. К 1985 году,у них было 1500-2000 человек, и М-19 была лидером в городских операциях, владея филиалами в каждом крупном городе, проведя громкие акции по захвату Доминиканского посольства и дворца юстиции.

Ну и были еще про-правительственные «парамилитарес» (исп. Paramilitares) - ультраправые боевики из “Объединенных Сил Самозащиты”, которые время от времени перед телекамерами «сдают оружие», чтобы потом получить более новое с армейских складов.
Немного фактов о этом коллективе физкультурников - за последние 20-ть лет, ультраправыми боевиками и «эскадронами смерти» были убиты более четырех тысяч профсоюзных и крестьянских лидеров и правозащитников. Кстати, Рауль Рейес, вышел из профсоюзной среды и стал партизаном после того как его ближайшие товарищи занятые мирной борьбой погибли от пуль наемных убийц. За эти же годы, пять тысяч членов легальной политической партии «Патриотический Союз» тоже были физически уничтожены. За последние три года, в стране было обнаружено более 300 братских могил, с останками двух тысяч жертв ультраправых боевиков из якобы самораспустившихся “Объединенных Сил Самозащиты”.
Сегодня, полувоенные группы, контролируют повседневную жизнь в десятках общин. Пуэрто Бойака (в самом центре страны) и животноводческие районы провинции Кордоба (на Атлантическом побережье) стали чем-то вроде «независимых республик» ультраправых радикалов.

Главный расчет повстанцев  в то время был на то, что "приедет Че и все сделает". Тем более, что у Колумбии было большое преимущество — очень красивые женщины. Однако у Че были свои планы. После Кубы и Конго, ему хотелось поехать в более цивилизованную страну. Сначала он заглянул в Венесуэлу, но там герилья ко времени его приезда уже выдохлась, а бывшие герильерос, обсуждали революцию в кофейнях в центре Каракаса. Оставалось возвращение на родину — в Аргентину. Но поскольку и там никто особенно революцию не поджигал, то он неожиданно для многих начал в самой бедной и исторически несчастной - Боливии. Возможно, тоска по родине и близость дома сыграли в выборе всемирно известного маечного персонажа ключевую роль.

После того, как очередное приключение аргентинца провалилось и американцы разделали его труп, Советский Союз (а значит  и Куба) на некоторое время разуверился в "латиноамериканской революции". Для FARC и других повстанческих групп это означало сокращение финансирования и конец халявной жизни.

Как и в других странах региона, колумбийская герилья начала выдыхаться. Однако в конце 60-х, в Европе и Соединенных Штатах началась сексуально-наркотические революции. "Битлз" пели Yellow Submarine, а элита переключилась с алкоголя на кокаин. Этим и воспользовался команданте Велес. FARC, используя ленинский принцип "конкретного анализа конкретной ситуации", первыми из повстанцев начали делать деньги на кокаине. В зоне своего контроля они установили налоговые таксы: 10% с крестьянского урожая коки и 15% с производителей кокаиновой пасты, из которой затем делают белый порошок.
Усилившись за счет правильной системы налогообложения, FARC начала расширять свое влияние, "беря под защиту" местных наркобаронов. Цель была одна — заставить их платить революционные налоги. Однако большинство из них, такие  как Хосе Родригес Гача и Камило Гонсалес, имели свои собственные мини-армии и считали, что могут работать самостоятельно.

В результате в конце 70-х, начале 80-х, началась война между наркобаронами и FARC. Она велась на двух фронтах. С одной стороны, на земле повстанцы и наркобароны уничтожали "чужие" караваны с кокаином, сжигали "вражеские" плантации и фабрики. Причем на стороне наркобаронов в военных действиях принимала участие колумбийская армия. В частности, когда повстанцы вели наступление в сторону границы с Бразилией, где находилась крупнейшая в Колумбии нарколаборатория Камило Гонсалеса, в джунглях произошел бой. В нем на стороне наркобарона участвовали элитные десантные части колумбийской армии (исп. las Fuerzas Especiales del Ejercito). С другой стороны, последовали убийства политиков, связанных с "врагом". Так, по приказу Гачи, были убиты многие депутаты парламента от Патриотического союза, политического крыла FARC.

Переломным пунктом в войне, стал союз между FARC и доном Пабло Эскобаром. У марксистов и наркобарона из Медельина было много общего. Пабло Эскобар, как и Мануэль Велес, ненавидел олигархию и несправедливое колумбийское государство. И тот, и другой были людьми левых взглядов. И главное, оба стремились доминировать в своей среде. В частности, руководство FARC считало, что только их организация является революционной, поэтому воевала с остальными повстанцами из M-19, ELN и EPL за территорию. В свою очередь, Пабло Эскобар, уже добившийся контроля за "бизнесменами" из Медельина, при помощи бравого израильского полковника Яира Кляйна, пытался подчинить себе картель Кали.

Начался экспорт "кокаиновой революции". Эскобар и Велес стали помогать "товарищам" в Никарагуа, Сальвадоре и Панаме. В частности, в 1984 году, сандинисты и Эскобар совместно разрабатывали и реализовывали транспортные маршруты для доставки кокаина во Флориду. Здесь-то, они и нарвались на интересы республиканского истеблишмента Соединенных Штатов. Дело в том, что республиканцы, в отличие от демократов, жестко боролись против левых и активно помогали никарагуанским контрас. А под эгидой ЦРУ, оружие для никарагуанских правых доставляли братья Орихуэло из картеля Кали. При этом использовалась схема кокаин – деньги – оружие - деньги. Причем, разумеется, все участники "спецоперации" получали солидные комиссионные.

Соответственно ЦРУ,  вместе с братьями Орихуэло, решили убрать неудобного конкурента. Таким образом, Пабло Эскобар стал главным врагом Соединенных Штатов Америки в регионе. И именно на него, ЦРУ  повесило весь кокаиновый трафик в США. Эта война продлилась до 1993 года, когда Пабло Эскобара все-таки застрелили. Примечательно и то, что после его смерти экспорт наркотиков в США только вырос.
Одновременно началась жесткая война против FARC, которые стали угрожать интересам "пяти семейств". За несколько лет убили около трех тысяч членов Патриотического союза, включая депутатов на всех уровнях. Семейства сделали все, чтобы не допустить урегулирования конфликта и раздела власти с повстанцами мирным путем.

К тому времени, повстанцы уже самостоятельно освоили кокаиновый бизнес, имели свои транспортные маршруты и дилерские сети в Соединенных Штатах. В 1987 году, под эгидой FARC создается Повстанческий союз имени Симона Боливара. На самом деле это означало подчинение остатков других повстанческих групп (кроме ELN) команданте Мануэлю Велесу. В целом 90-е, принесли с собой много полезного для блага революции. В частности, параллельно с ростом "новой экономики" рос спрос в Соединенных Штатах: появился новый класс яппи-профессионалов, активных и богатых потребителей кокаина. (где-то в это время разворачивается действие фильма "Трафик".)

В результате FARC, заметно усилилась как в экономическом, так и в военном плане. В 1996 году, в ответ на наступление правительственных войск,  FARC провела контратаку, захватив крупную военную базу с символическим названием "Приятности". После этого, правительства уже не решались на крупные военные кампании. В свою очередь, Мануэль Велес объявил о финальной стадии войны, в рамках которой была поставлена цель — взять столицу. К этому времени, повстанческая армия достигла численности в 30 тысяч человек, а число активных сторонников FARC в Боготе доходило до 80 тысяч. В этой ситуации, президент Пастрана, в 2000 году, начал мирные переговоры с FARC. Повстанцы получили пять муниципалитетов в качестве собственной зоны ответственности, и что было самым важным — выход к морю.
 

И правительство, и повстанцы, использовали это время для подготовки к новому этапу войны. Как Израиль на Ближнем Востоке, Колумбия, рассматривалась всегда правительством США как стратегический союзник, и «непотопляемый авианосец» в регионе, страна, путем милитаризации которой можно будет давить на соседние Венесуэлу и Эквадор, и которая в случае необходимости послужит плацдармом для вторжения. Для считающих эту угрозу преувеличенной – просьба заглянуть в любой учебник новейшей истории Латинской Америки. В рамках плана "Колумбия", США разместили в стране свой ограниченный контингент и начали подготовку национальных кадров для борьбы с повстанцами. За несколько лет, Вашингтон потратил для нужд колумбийской армии семь с половиной миллиардов долларов. В результате Богота стала третьим по сумме получателем военной помощи от Вашингтона.

В свою очередь, и повстанцы не теряли времени, понимая всю циничность логики капитализма. Они активно вкладывали деньги в легальный бизнес. В ЦК повстанческого движения, был включен банкир Симон Тринидад — человек из богатой семьи, получивший гарвардское образование. Помимо вложений в иностранные банки и оффшоры, FARC продолжала завоевание страны изнутри. В частности, повстанцам принадлежит крупнейшая сеть куриных ресторанов в Колумбии. И, конечно, герилья активно перевооружалась. Один из последних кораблей, вошедших в повстанческий порт, был загружен оружием китайского производства, в том числе десятью тысячами автоматов "Калашников".

Война возобновилась в 2002 году, в период "кризиса предложения" на кокаиново-героиновом рынке Соединенных Штатов. Дело в том, что в конце 90-х, талибское правительство в Афганистане начало борьбу с посевами опиумного мака. В результате, афганский экспорт на мировой рынок сократился чуть ли не в десять раз. Одновременно повстанцы из FARC, на подконтрольной им территории, начали постепенную переориентацию крестьян — место коки заняли легальные посевы. Таким образом, на мировом рынке тяжелых наркотиков возникла нехватка сырья: поставки из ключевых центров начали сокращаться.
В результате (при том, что объем наркотика только в Нью-Йорке составляет более 50 миллиардов долларов ежегодно) цены на наркотики, в том числе и на кокаин, начали сказочно расти. Многим рядовым яппи это ударило по карману. Одновременно начало ухудшаться качество товара, появились крайне вредные препараты-заменители. В итоге возникла серьезная угроза социальной стабильности в Соединенных Штатах.

Чтобы не доводить ситуацию до взрыва, правительство США приступило к активным действиям по решению новой для себя проблемы. Зимой 2001-2002 года, был ликвидирован режим талибов, боровшийся с опиумными плантациями; в Колумбии, примерно в то же время, началось наступление правительственных войск против повстанцев. Военные действия понадобились не столько для того, чтобы побеждать, сколько для того, чтобы лучше экспортировать. Теперь, и в Афганистане, и в Колумбии находятся американские войска. Специализированные транспорты теперь без проблем могут курсировать между зоной производства и основными рынками сбыта в "цивилизованном мире". Цены на "товар", на розничном рынке снова пошли вниз. Социальная стабильность была восстановлена, что стало главным достижением и одной из основных причин успеха президента Буша на выборах.

Сегодня колумбийская герилья достаточно сильна, что является прямым результатом жестокой политики правительства по отношению к оппозиции. Фактически в сегодняшней Колумбии не существует никаких возможностей для легальной политической деятельности. Активисты профсоюзов, христиане, студенты, обитатели трущоб – все они могут стать жертвами, если начнут заниматься активной политической деятельностью в рядах оппозиции. Печально, но факт: самое безопасное место в сегодняшней Колумбии для оппозиционера-активиста – это джунгли, то есть партизанский отряд. Необходимо сказать, что организации, входящие в GCSB, уже давно приняли меры по подготовке к столь интенсивной ситуации. Ныне, по сведениям даже правительственных источников, партизаны контролируют от 500 до 1000 деревень и поселков. В сельской местности партизанские отряды стали настоящей «контр-властью», к примеру, руководя бюджетом и контролируя работу местных мэров. Все, кто хоть раз побывал в таких местах, охотно подтвердят, что партизаны, несмотря на все тяготы, связанные с условиями фактической гражданской войны, исполняют административные функции гораздо более эффективно ,и что гораздо более важно, намного честнее, чем политический класс Колумбии. В районах, контролируемых партизанами, гораздо меньше коррупции, а на социальные нужды денег тратится гораздо больше.

Можно смело предположить, что конца конфликту не видно – не обладая особой популярностью в среде граждан, ФАРК и другие повстанческие движения не могут рассчитывать на особые успехи в конвенциональной политической жизни, а колумбийское правительство не в состоянии ни одолеть повстанцев силой, ни улучшить положение в стране настолько, чтобы лишить их базы.

Вверх На уровень выше Карта сайта На главную Назад